Мнения

Латышский синдром суеты и томления духа

Автор: Александр МИХАЙЛОВ, генерал-лейтенант полиции, руководитель Центрального исполкома организации «Офицеры России»
27 декабря 2018, 11:05
Фото: oficery.ru

Когда на сцене надо создать шум толпы, актеры вразнобой повторяют «Что же говорить? Если нечего говорить…»

Латышские демократы, молчавшие последнее время, как рижские шпроты, неожиданно проснулись, так как пауза в их политике затянулась. Они нашли новую тему – опубликовали списки лиц, сотрудничавших с органами КГБ Латвии. Народ должен знать своих героев! При этом не учли, что сами уподобились тем самым стукачам, которых они, якобы, осуждают. Опубликовали картотеку с именами агентов.

Для людей сведущих, ситуация, мягко говоря, безобразная, а затея — сомнительная.

Во-первых, никто не знает, как «прорежена» сама картотека теми, кто ее вывалил. Сколько имен действующих демократов во власти Латвии из нее удалено. Сколько творческих деятелей и бизнесменов. Сколько искусственно добавлено. Следовательно, не факт, что она объективная, полная и исчерпывающая.

Во-вторых, значительная часть людей в ней упомянутых, родились в Латвии советской, а потому не были носителями «ценностей» Латвии буржуазной, и уж точно не могли СССР воспринимать как страну оккупанта. Они сотрудничали с органами законной власти при которой родились, в интересах защиты безопасности своего государства. Что, по сути, криминалом не является. Тем более не может являться криминалом сам факт рождения человека в стране со своим строем, идеологией и законами. Ну, так случилось! Мог родится в Гондурасе, а родился в Латвии! И с молоком матери он впитывал нравы, обычаи, традиции. И под влиянием этого у него формировалась «любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам»… Когда Господь хочет наказать человека, он отнимает у него память… Не повезло латышским шишкам. Тут помню — тут не помню.

В-третьих, наличие карточки в архиве не является доказательством чего-либо. Как человек, работавший на пятой линии, могу сказать, что значительная часть наших источников работала не только по контролю за умонастроениями в обществе. За умонастроениями следили и партийные, советские, комсомольские органы. Сегодня за умонастроениями в той же Латвии бдительно следят националистические и откровенно фашистские организации (сам факт публикации картотеки — это плод именно их фантазий, так как «демократия» в прибалтийских республиках — это урод, зачатый в экстазе националистов, извращенцев и фашистов). И если они не формализовывают стукачество, через картотеки, то развивают его в формах, которые КГБ не снились. А для прикрытия вбрасывают подобные акции. Большая часть агентов на пятой линии работала в интересах разведки, контрразведки (против подрывных акция разведок и идеологических центров, а также в сфере предупреждения террористических атак)!

В-четвертых. Основанием для каких-либо обвинений могли бы (теоретически) стать материалы даже не личных, а рабочих дел агентов КГБ. И уж не какие-то карточки!

Но даже проанализировав рабочие дела, мы бы увидели, что материалы, полученные от источников, вряд ли могли нанести кому-то ущерб, так как в массе материалы были основой для подготовки аналитических документов КГБ по разным сферам политики и народного хозяйства. Если взять период с 1983 года, то именно эти вопросы интересовали власть. А не чьи-то высказывания и сплетни. Здесь уместно отметить, что к стукачеству, как болезни некоторых персонажей, в КГБ относились с брезгливостью, так как от таких сплетников был сплошной геморрой. От них избавлялись решительно.

Если речь шла о людях, владевших информацией, то с ними обращались деликатно, зачастую, не напоминая о специфических отношениях. Уверен, что многие и не знали, что их имена в какой-то картотеке, а общение с оперативным работником воспринимали, как союз людей, одинаково воспринимающих мир, его пороки и необходимость с ними бороться.

Конечно, следуя логике латышей, можно было бы и нам обнародовать кое-что из своих архивов. И не послевоенного периода, а новейшей истории. Вывернуть наизнанку грязное белье, новых начальников этом страны.  Их алчность, пороки, продажность и тупость. Но никто у нас не будет уподобляться им.

Вчера у Соловьева американец Николай Злобин кричал, что «народ должен знать своих героев». Что это естественный процесс открытия архивов. А где гарантия, что многие герои просто фальшивые? Продукт провокаций. Неугоден власти – заполнили карточку по образу и подобию, да и опубликовали. И кто проверит? А где гарантия, что не может появиться и личное дело Злобина, со всеми «материалами», которые потянут его аж на электрический стул? И кто проверит, работал Злобин в интересах не только советской, российской, но и разведки Антарктиды? ФБР, в нынешнем его виде, по барабану доказательства. Скелеты в шкафу вещь опасная. Как говорил Господь – пусть мертвые хоронят своих мертвецов.

За всей этой историей есть и еще одна тема. В середине 90-х для творческой интеллигенции было просто «западло», если тобой не занимался ранее КГБ. Раз не занимался, то ты никто и звать тебя никак. А если был в разработке, то ты герой нашего времени. Творческого человека можно было смертно оскорбить – да ты даже КГБ был не нужен! И именно поэтому такой интерес к архивам. Найти что-то про себя. Как ты боролся с ненавистной властью, которая тебя поила, кормила, учила… Но не долечила.

В 1991 году толпы таких исследователей ломанулись в КГБ. Прошло больше четверти века. А жив курилка! И чем дальше, тем ощутимее страх перед сгинувшей в бездну страной СССР.

И последнее. Безусловным генератором таких процессов является интеллигенция, хотя применительно к нынешним ее представителям это определение вряд ли подходит.

Так за кем же тогда следил КГБ? Мне видится один образ – гибрид интеллигента Лоханкина и слесаря Полесова из «12 стульев». Один был философ заочник, второй — кипучий лентяй (разобрал ворота – читай, страну, а собрать не смог, скрываясь от дворника татарина).

Как точен был в определении интеллигенции Саша Черный: «Повернувшись спиной к обманувшей надежде и беспомощно свесив усталый язык…»

Устали латыши.

читайте также