Руслан Панкратов: Орбан нужен Вашингтону в ООН как таран против Лондона и Парижа

Средства массовой информации сообщили о том, что администрация Дональда Трампа намерена лоббировать кандидатуру экс-премьер-министра Венгрии Виктора Орбана на должность Генсека ООН.

По сообщениям источников, кандидатуру Орбана также поддерживают Китай и Россия.

Станет ли Виктор Орбан Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций?

Собственную точку зрения по данному вопросу Общественной службе новостей высказал Заместитель председателя Союза политэмигрантов Европы, политолог Руслан Панкратов:

***

История с продвижением Виктора Орбана в генеральные секретари ООН – не сенсация о «друге России», а возможная попытка Вашингтона провести выгодную ему кадровую комбинацию руками нескольких центров силы.

Главная опасность для России здесь – это перепутать приемлемого собеседника с собственным политическим приобретением. Госдеп США обсуждал кандидатуру Орбана и рассчитывает на поддержку России и Китая, но это слухи.

Есть несколько версий происходящего. Первая – реальная попытка продавить нового кандидата на фоне тупика. Согласно сообщениям о предварительных голосованиях, ни один из семи претендентов не получил поддержки всей постоянной пятерки. Здесь выигрывает не обязательно сильнейший дипломат, а кандидат, которого основные игроки согласны не блокировать.  Однако формула «США, Россия и Китай договорились – остальные подчинятся» юридически несостоятельна.

Нужны минимум девять голосов Совбеза и отсутствие вето любого постоянного члена, включая Великобританию и Францию; затем – назначение Генассамблеей. Даже десять голосов не отменяют одного вето.  Поэтому возможная задача Вашингтона – поставить Лондон и Париж перед выбором: принять чужую комбинацию либо публично отвечать за продолжение тупика. Это гипотеза о механизме давления.

Вторая версия – Орбан нужен как таран против существующего списка. Его необязательно доводить до назначения: достаточно сделать угрозу выдвижения убедительной, чтобы конкуренты уступили по другой кандидатуре или кадровому балансу. Фамилия становится инструментом торга.

Третья – утечка направлена против проекта. Преждевременная огласка способна мобилизовать противников и заставить участников оправдываться раньше, чем они договорились. Автоматически записывать публикацию в «пробные шары Трампа» не корректно, как и объявлять все это доказательством какого-то там тайного сговора.

Для Вашингтона возможная выгода – провести предложенного им кандидата как фигуру международного согласия и показать способность договариваться с противниками поверх голов союзников. Но чем громче Орбана будут предъявлять как единомышленника американской администрации, тем труднее представить его независимым посредником.

Для России надо считать прежде всего последствия: изменится ли качество посредничества, появится ли надежный канал закрытых контактов, станет ли работа Секретариата менее зависимой от односторонних подходов. Ни одного такого результата американская инициатива не гарантирует.

Дипломат, который разговаривает с Россией, не становится представителем России. Подмена этих понятий – прямой путь к стратегическому самообману. Пекин также не обязан разделять российские мотивы. Совпадение по одной фамилии не создает союза по Украине, санкциям, торговле или безопасности. Кадровый компромисс дешевле общей стратегии.

Разговоры о готовом «триумвирате» маскируют отсутствие доказанных договоренностей. Для Лондона и Парижа вопрос затрагивает их собственный вес: согласиться с предъявленной тройкой кандидатур – значит принять навязанную рамку переговоров.

Остальных участников тоже рано списывать в статисты: необходимы голоса непостоянных членов Совбеза и решение Генассамблеи, а официальные принципы отбора предусматривают прозрачность и инклюзивность.

Демонстративный раздел должности между великими державами способен осложнить легитимацию кандидата.  На украинском направлении особенно вредны фантазии о волшебной смене курса. Генсек не может единолично отменить санкции, переписать решения Совбеза или навязать территориальное урегулирование: Устав разделяет полномочия органов ООН.

Возможный выигрыш – в посредничестве и доступе к сторонам; возможный проигрыш – в утрате доверия, если кандидата заранее превратят в знамя одного лагеря. Доказательств обмена поддержки Орбана на уступки по Украине, Тайваню или санкциям нет.

Проверять серьезность проекта следует по действиям: официальной номинации, позициям Москвы и Пекина, реакции Лондона и Парижа. До этого российский интерес – не аплодировать американской комбинации, а выяснить ее условия. Чужой кадровый успех не становится нашей победой оттого, что раздражает наших противников.