Европа знает Навального и нескольких убитых российских «оппозиционеров» – эксперт

Алексей Навальный после того, как его с подозрением на отравление перевезли в Европу, стал набирать очки, как политик. Его «отравление» обсуждают в Совете Европы. Он сразу получил статус личного гостя главы Германии Ангелы Меркель. Она даже лично посетила его в больнице.

Однако, из России не очень понятно: насколько фигура Навального была видна европейцам до того, как его в бессознательном состоянии привезли в белинскую клинику «Шарите»?

С этим вопросом Общественная служба новостей обратились к переводчику и политологу, эксперту КС НКО Марку Бернардини. Он объяснил, что в этом вопросе стоит разделять европейских политиков, СМИ Европы, и обывателей.

«Обыватели до какого-то момента знали Политковскую. Естественно, после того как её убили. Раньше о ней никто ничего не знал. Теперь её имя то и дело всплывает, потому что учреждена премия её имени. Иначе бы о ней никто ничего не говорил бы».

(Анна Политковская – либеральная журналистка, работала в «Новой Газете», была застрелена в 2006 году в собственном подъезде. Премия имени Анны Политковской выдается с 2007 года женщинам, которые как-то проявили себя во время боевых действий).

Другие персоны из России, про которых знают в Европе, составляют характерный список, объяснил наш собеседник:

«Магницкий. То же самое – Немцов. И то же самое – Навальный. В какой-то момент Удальцова цитировали. Эти имена внезапно появляются. И, абсолютно так же, через какое-то время все их забывают. Я уверен, что, если я спрошу в Италии: «Кто такой Удальцов?» или «Кто такой Магницкий?», – мне никто не ответит. Эта мода, она очень скоропостижная. И поэтому очень быстро проходит».

(Сергей Магницкий – российский бухгалтер, работавший на американского афериста Билла Браудера. Умер в российской тюрьме при загадочных обстоятельствах)

Но эти «вспышки» всё же не проходят без следа, считает эксперт:

«В подсознании обывателей всё равно остаётся осадок: в России всё мутно, за инакомыслие могут «убрать» человека. Причем каждого такого, получившего внезапную известность, выдают за «Главного Оппозиционера».

К таким попыткам придать упомянутым людям значимость, Бернардини отнёсся с иронией:

«Вы же понимаете, что Немцова назвать оппозиционером, с учётом того, что он был вицепремьер-министром – довольно чудаковато будет выглядеть. Но Немцов – это особый разговор. Но все остальные! Кто о них что-либо знал?!»

Собеседник напомнил, что Навальный несколько раз пытался встать во главе политической силы:

«Ведь он создавал пять или шесть разных партий. И каждый раз его партия набирала «ноль, запятая, чего-то там небольшое». Если его выдавать за главного оппозиционера – это значит, что оппозиции в России вообще нет».

В завершении Бернардини рассказал, что, например, в Италии надо подробно объяснять, что российские оппозиционные партии – это КПРФ, ЛДПР и СР. И что это партии имеющие собственные фракции в Госдуме, но регулярно выступающие против начинаний правительства России.

Напомним, о том, что Навальный является «пешкой ЦРУ» говорят не только в России. Американский политик Грег Баттерфилд в начале октября заявил, что ЦРУ пытается из Навального сделать «антипутинский символ». При этом, сам Баттерфилд сомневается, что вокруг фигуры Навального можно будет разжечь протесты в России.