Спецоперация на Украине: Россия сделала окончательный выбор в пользу медленного «пережевывания» сил противника

Освобождение Мариуполя стало ключевым моментом спецоперации на Украине, после которого Россия сделала окончательный выбор в пользу медленного «пережевывания» сил противника. В чем смысл этой стратегии?

Если очистить спецоперацию на Украине от идеологии и рассмотреть как абстрактную ситуацию, придется признать, что она открыла новую страницу в истории военного искусства. С одной стороны в ней участвует полноценная мобилизованная армия, в другой – мобильные профессиональные войска. С одной стороны – стратегия тотальной обороны и организации крепостей. С другой – точечные удары, захват в «мешки» и «котлы», а также принципиальная установка минимизировать урон гражданского населения и инфраструктуры. Именно эти различия вынуждают Украину называть происходящее войной, а России говорить о военной спецоперации.

Ближе всего военные действия России напоминают контртеррористическую операцию еще невиданного масштаба.

Работа российских военных похожа на операции по ликвидации боевиков, которые в нулевых годах приходилось вести на Северном Кавказе. На Украине мы видим тот же сценарий: вывод гражданского населения из зоны обстрела, глухие заграждения по всему периметру операции, предложение противнику сдаться, а затем – в случае отказа – его ликвидация с учетом максимальной безопасности собственных сил.

Тактика отшлифована давно и сегодня полноценно применяется на Украине. Только вместо домов, где засели боевики, приходится иметь дело с целыми заводами, а эвакуировать надо не пять-шесть домов, а улицы и районы.

Победа в Мариуполе показала плюсы такой тактики: минимальные потери в собственных войсках и сохранение жизни гражданского населения.

Превращенный в крепость завод «Азовсталь» не выдержал осады. В плен было взято свыше 2,5 тысяч противников, город Мариуполь был освобожден, здесь уже начались восстановительные работы, как было и после спецопераций против боевиков на Кавказе.

Неудивительно, что теперь тактику начали применять на всех других направлениях.

Как это выглядит на деле? По словам участника операции, вначале по позициям противника работает тяжелая артиллерия, затем подключается авиация, после этого отдельные группы российских и союзных войск с минометами и ПТУР под прикрытием огня подходят к позициям ВСУ и обстреливают уцелевшие блиндажи и огневые точки. После такой многоэтапной обработки огнем в наступление идет пехота.

Если противник «окапывается», как было на заводе «Азовсталь», российские войска берут укрепления в «мешок», стараются завлечь его в контратаку и уничтожают огнем с трех сторон. Китайские военные аналитики назвали эту тактику «завлечением змеи». Приоритет отдается безопасности населения и личного состава российских войск.

Но при плюсах есть и минусы: продвижение вперед, занятие новых территорий замедляется. Медлительность российских военных можно сравнить с черепахой, которая медленно и уверенно добивается цели.

Мало кто будет спорить, что если Россия решила бы вести настоящую войну с Украиной, то хватило бы дня для капитуляции противника, причем российским войскам даже не пришлось бы пересекать границу: все решили бы ракеты. При этом были бы разрушены города, а число жертв исчислялось сотнями тысяч.

Точечная спецоперация требует другого подхода.

Кроме того, скорость спецоперации замедляется из-за продолжающейся накачки Украины оружием со стороны запада. Если бы не это, демилитаризация Украины уже бы завершилась. Не будет большим преувеличением сказать, что каждая ракета и патрон, которые сегодня летят со стороны украинских сил, получены в последние месяцы от Запада.

По подсчетам аналитиков, уничтожены уже все боевые самолеты, которые были у Украины на начало боевых действий 24 февраля, выведена из строя практически вся бронетехника, включая танки и БМП. Практически все, что есть у Украины сейчас, она получила с запада.

Но даже с учетом нового оружия, Вооруженные силы Украины лишены возможности наступать, резервов у них мало, их хватает только на оборону.

«Ситуация развивается, может быть, не так динамично, как многим хотелось бы, но позитивно», – констатирует военный историк Юрий Кнутов. По его словам, российские войска и союзные силы «потихонечку перемалывают позиции украинской армии». По прогнозу историка, полное освобождение территории Луганской и Донецкой народных республик надо ждать летом. Западные аналитики считают, что для этого потребуются четыре-пять недель.

Долго это или нет? Все дело в поставленных задачах.

Военный эксперт Александр Перенджиев напоминает, что собственно военная часть спецоперации – лишь одна из составляющих кампании. «Надо вспомнить контртеррористическую операцию в Чечне, как мы там достигали победы. Это ведь происходило не только путем применения военной силы», – сказал он. Требуется работа во многих сферах: в экономике, социальной политике, в вопросах права и культуры. Только так получится достичь поставленных целей по денацификации и демилитаризации – с минимальными потерями гражданского населения.

Россия сделала ставку на медленное продвижение к победе. Текущая ситуация показывает, что решение верное.