Политика

Перерезают границы: кому выгодно объединить регионы

30 апреля 2021, 17:04
Фото: «Реальное время»
30 апреля 2021, 17:04 — Общественная служба новостей — ОСН

Выступая на XXII Апрельской международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества, вице-премьер России Марат Хуснуллин предложил объединить богатые субъекты федерации с бедными. О целесообразности реформирования федеративной модели государственного устройства в эфире телевидения Общественной службы новостей обсудили участники пресс-конференции:

  • Член Совета по межнациональным отношениям при Президенте Российской Федерации Богдан Безпалько;
  • Руководитель «Политической экспертной группы» Константин Калачев;
  • Политконсультант Алена Август;
  • Директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков;
  • Директор Института нового общества, экономический обозреватель Колташов Василий.

Можно ли объединять регионы?

Константин Калачев: – Есть регионы, которые, действительно, могут объединяться, если есть желание населения. В таких случаях есть проблема выравнивания уровня жизни, есть и проблемы оптимизации управления. Если переходить от частного к общему, то сейчас все заговорили о переустройстве России. Здесь есть очень серьезные риски и угрозы. Я это замечаю по тем комментариям, которые пришлось давать в последние дни. Например, звонят из Татарстана и спрашивают: «Как вы считаете, возможно ли слияние Татарстана с Башкортостаном?» Я сразу представляю, как башкиры к постановке вопроса таким образом. Экономическая интеграция – да, взаимодействие регионов – да, но на перекройку карт готов не каждый. Если мы спросим у бурят в Забайкалье, как они относятся к тому, что их объединили, они скажут, что ожидания не оправдались. Но там речь шла о проблемах, которые можно решить малой кровью. Если же мы говорим о попытках перекройки России по заветам Жириновского, который предлагал упразднить национально-территориальные деления и вернуться к прошлому, то мало не покажется. Для меня странно, что такая тема поднимается за 5 месяцев до выборов. Эти темы нервируют региональную элиту и население. Они могут быть использованы теми или иными кандидатами для того, чтобы усилить стратегии своих кампаний. Я думаю, что сама постановка вопроса не является своевременной.

Да, есть проблемное советское наследие, некоторые территории никогда не будут самодостаточными. В перспективе какие-то регионы можно было бы рассмотреть и объединить.

Главное – за деревьями увидеть лес.

Не стоит из этого устраивать «компанейщину» и пугать всех тем, что у нас сейчас начнется тотальная перезагрузка. Национальные республики могут очень болезненно на это отреагировать. Я думаю, что в самой постановке вопроса есть реальная провокация. Я бы предложил от рационального подхода перейти к комплексному. С точки зрения оптимизации административного управления и выравнивания условия есть определенные плюсы. Но мы и так от федерализма перешли к унитарному централизованному государству. Я думаю, что не всегда экономическое обоснование должно ставиться во главу угла. Надо принимать во внимание и традиции, и мнение населения.

Неосторожные заявления по поводу объединения российских регионов могут повлечь серьезные проблемы для выборов в Государственную думу.

Каким будет количество субъектов Российской Федерации?

Алена Август: – Хорошо, что моя фамилия не Хуснуллин. Потому что, когда такие вещи заявляет человек в высоком статусе, конечно, всех приводит в нервное состояние. Если мы говорим об увеличении количества субъектов, то это за счет прироста новых территорий. Развивать эту историю нужно очень трепетно и осторожно. На протяжении многих лет необходимо изучать настроения. Нужно ответить на вопрос: если мы на государственном уровне озвучим эту идею, как отреагируют люди?

Политика с экономикой спорить здесь не должны. Еще незажившая рана попытки насильственного объединения Архангельской области и НАО все еще является информационным поводом.

Люди не хотят объединяться теми, у кого меньше денег.

Пока свежа эта история вообще не стоит поднимать вопросы таким образом. У нас есть прекрасный повод мыслить по-другому. Правительство говорит проектном подходе, поэтому границы регионов совершенно не мешают регионам объединяться в какие-то проекты. Мы живем в то время, когда географические границы не имеют значения. Проектный подход, с экономической точки зрения, многие вопросы может решить. С точки зрения политики, это абсолютно не выгодная история. Допускаю мысль, что это был «вброс» для того, чтобы напугать.

Константин Калачев: – Год назад Хуснуллин заявлял, что в правительстве вопрос укрупнения регионов не обсуждается, что это полная ерунда.

Илья Гращенков: – 85 регионов – это достаточное число субъектов для страны. Многие из них сложились исторически, какие-то являются республиками, какие-то областями и краями. Везде сложилась своя идентичность, чувство Родины и родного региона, определенные экономические связи. Конечно, есть более бедные и более богатые, более крупные и более мелкие регионы. Например, Красноярский край или Якутия – объединять их в еще большие территории, наверное, не имеет смысла. Другой вопрос, думать о более крупных областях с точки зрения экономики. Такие структуры уже существуют: есть Федеральные округи, есть макрорегионы.

Когда мы говорим об объединении, мы ставим под удар сложившийся там микроклимат. Все-таки у Федерации есть свои территориальные особенности.

Василий Колташов: – Такого рода объединения являются прежней линии на упрощение управления на то, чтобы оптимизировать управленческие системы, чтобы иметь меньше администраций. Это, конечно, может обеспечить какую-то экономию, но с точки зрения качества управления – это может означать некоторые проблемы.

Регионы нужно, наоборот, уменьшать.

Этим путем, в свое время,  пошла Франция. Она надробила мелких департаментов и позволила повысить качество управляемости процессов. Для нашего центра сейчас существует проблема контроля, потому что, несмотря на назначение новых губернаторов, существует проблема сопротивления региональной элиты, которая не хочет принимать изменения политики. Укрупнение уже произошло – у нас есть Федеральные округи. Нужно просто передать им полномочия, понизить статус регионов, и проблема решится. Нам приводят пример, что это нужно сделать, потому что один регион – богатый, там платят налоги, а другой регион – нищий, потому что там не платят налоги.

Какие регионы возможно объединить?

Богдан Безпалько: – Пока что совершенно непонятна концепция по изменению регионального федеративного устройства, которую предлагает Марат Хуснуллин. Он в качестве примера привел исключительно одну область – ЕАО. Она, действительно, обладает всего лишь 1% еврейского населения и является одним из самых русских регионов России. Непонятно, какие именно регионы предлагаются к объединению или раздроблению. Поэтому наше обсуждение сегодня носит умозрительный характер. Как историк я могу сказать, что наше федеративное устройство сильно отличается от немецкого и американского. У нас даже в Конституции 1993 года после слова «республика» идет слово «государство». Региональные элиты национально-этнографические, которые пытаются из этих республик выстроить фактически этнографические государства, проводят процессы национально-этнической мобилизации, навязывают свой язык.

Мне непонятно, сколько у нас Президентов.

Почему глава Татарстана именует себя Президентом? Почему он позволяет себе внешнеполитическую активность, в том числе и с Президентом Турции? Тем не менее, национально-этнические элиты будут сопротивляться любому изменению, которое затронет вопросы по этнической мобилизации и по будущей сепарации этих регионов и состава Российской Федерации.

Что будет с Федеральными округами?

Все это очень призрачно. На самом деле, сейчас важно понимать, что даже границы Федеральных кругов не должны мешать реализации больших инфраструктурных проектов. Если мы говорим о транспортной доступности, то надо понимать, как много регионов могут быть завязаны в одном проекте. Здесь не обязательно должна идти речь об одном Федеральном округе. Хочется надеяться, что губернаторы новой волны, которые во многом являются выпускниками школы губернаторов, где проектный подход является Библией, перестанут воспринимать границы региональные границами экономическими. Они смогут решать задачи во благо людей всех регионов. Перерезая экономику, не обязательно перерезать границы. Экономика этого не требует. А с бюджетом субъектов всегда проблемы. Регионы всегда высказывают недовольства. К сожалению, так бывает, что регион с невеликим бюджетом запрашивает финансы на реализацию какого-то проекта, не может с ним справиться, а потом из центра деньги не выделяются. Здесь вопрос управленческой компетенции.

Василий Колташов: – От того, что границы регионов как-то изменятся, мало, что изменится. Нужно продолжать двигаться к главному направлению и решать проблему. Тогда, наверное, на вопрос о том, как нам сделать из богатого и бедного региона – один средний, ответ будет найден. Нужно сделать больше регионов, но при этом они не должны быть субъектами Федерации. Они должна быть полноправными частями единого государства. Не хватает равноправия регионов.

Илья Гращенков: – Федеральные округи – это система для наблюдения и контроля, потому что их границы пролегают весьма условно. В них есть определенная разница взаимодействия. Неравенство подходов напоминает китайскую модель – одна сторона, несколько поясов. Я считаю, что это не совсем уместно для России. Между тем, с точки зрения экономики, когда нам нужно уровнять территории, это имеет смысл. В целом, лучше ориентироваться на модель равных возможностей, когда все регионы имеют равные права.

Алена Август: – Экономические проекты – над территориальными границами. Если в эти проекты будут вовлекаться дотационные регионы, то они будут за счет этого получать дополнительные средства, получать общее оживление экономики в регионе. Что будет делать Федеральный центр, когда проведут исследования и увидят, что в небогатом регионе люди против объединения? Нужно искать причины.

Бедные, но гордые.

Надо учитывать общественное настроение и формировать его.

Что будет дальше?

Константин Калачев: – Я уже говорил, что мы превратились в унитарное централизованное государство. Я имею ввиду, что никто не интересуется мнением людей. Принося деньги и реализуя новые проекты, не появляются новые рабочие места. Решения должны приниматься совместно с людьми. Те регионы, которые сейчас дотационные, когда-нибудь могут стать донорами и наоборот.

Василий Колташов: – Существует огромная потребность, чтобы Россия становилась унитарным государством. Это диктуется задачами национального развития. СССР – более широкая Федерация распалась. Если бы там дали укрупнение субъектов, то это бы не помогло. Например, укрупнили Украину, она откололась.

Илья Гращенков: – Речь о том, что кого-то надо обязательно объединить, не имеет под собой никакого основания, так как деление, которое мы имеем на сегодняшний день неплохое. При решении этого вопроса нужно искать выгоду для каждого из субъектов фактора действия. То есть и у маленького субъекта должен быть свой интерес присоединения, и у крупного.

Богдан Безпалько: – В России должно произойти выравнивание регионов. Очень крупные регионы будут раздроблены, а мелкие – будут объединены с другими. Нужно что-то делать, но очень аккуратно и осторожно. Нужно учитывать интересы регионов.