Кирилл Джавлах: Внутренние иранские аспекты убийства физика-ядерщика

Практически сразу после того, как стало известно об убийстве иранского физика-ядерщика Мосхена Фахризаде, было объявлено, что за его смертью стоят израильтяне. Но потом стало известно, что для покушения использовались технологии, которые вряд ли доступны Израилю без помощи более серьёзных стран.

Сразу же вспомнилось убийство в начале года командира спецподразделения «Аль-Кудс» Касема Сулеймани. Его смерть взяли на себя США практически сразу. Однако то, что иранские власти потом назвали «местью за Сулеймани» вызвало, как минимум, недоумение.

Возможно, мнение заместителя главного редактора ИА «Реалист», эксперта Координационного совета некоммерческих организаций России Кирилла Джавлаха, немного прольёт свет на эти загадочные убийства.

Кто в этой всей истории виноват – мы точно не скажем. Пока есть догадки (Израиль? Или кто-то другой?), но нет фактов. Но есть один момент, который лично я, читая материалы по данной теме, пока не встречал: внутри самой иранской элиты есть интересанты в такой эскалации.

То же самое было, когда убили Хосема Сулеймани: часть иранской элиты была заинтересована в его ликвидации. Мы же потом видели, что было предательство: кто-то «слил» данные о его передвижении. Это могло быть только изнутри.

Поэтому во всей этой истории не важно, чьими руками действие было совершено, внутрииранские «разборки», они тоже присутствуют.

Политическая картина внутри Ирана

В этом году в Иране прошли выборы в парламент, в которых победили консерваторы. Не случайно парламент Ирана мгновенно – в течении одного-двух дней – принял закон, который развязывает стране руки в реализации своей ядерной программы.

А в следующем году в Иране должны пройти выборы президента. Хотя в стране главным является рахбар (духовный лидер – прим. ред.), но и президент фигура значимая, которая определяет внешнюю политику.

Нынешний президент Хасан Рухани заканчивает свой второй срок в должности. С ним были связаны надежны на реализацию ядерной сделки с США, которую Трамп перечеркнул в мае 2018 года. И звучит такой аргумент: Израиль и Трамп пытаются вбить клин между будущей администрацией Байдена и Ираном. Но он не работает.

Дело в том, что войны, скорее всего, не будет, но даже предвоенная эскалация напряженности на руку иранским консерваторам. А если следующий президент Ирана не будет представителем реформаторов, не из сторонников Рухани и налаживания отношений с администрацией Байдена, то что мы увидим? Парламент контролируют консерваторы, президент – консерватор. Тогда никакого возобновления ядерной сделки не будет.

И это всё будет решаться очень скоро: либо весной, либо летом – дата выборов ещё не назначена.

Поэтому я и берусь утверждать: внутрииранский фактор в происходящий сегодня событиях есть. И он преобладающий.

Иран либо есть, либо его нет

Если фактически в вашей столице, в нескольких десятках километрах от Тегерана вот так вот на «раз-два» иностранное государство убивает человека, которого должны охранять спецслужбы, то где ваша контрразведка? У вас есть спецслужбы? Вы, вообще, государство?

Вы говорите, что вы воюете в Сирии, что вы воюете в Йемене. Если вы – государство, и у вас мощная – не одна, несколько! – спецслужб, то как вы у себя под носом смогли проглядеть такое?

Продолжим логику тех, кто считает, что за убийством Фахризаде стоит Израиль. В таком случае израильтяне в любой момент могут «убрать» рахбара, президента, главу любой спецслужбы. Прямо в Тегеране.

Если это так, то Ирана, как государства – нет. В чём я сильно сомневаюсь. Потому лишь повторю свой тезис: в этом убийстве были внутренние интересанты.

Внешний контур

На самом деле вся потенциальная военная эскалация между Ираном с одной стороны и Израилем – с другой, она угрожает, в первую очередь, самому Израилю. И даже существованию Израильского государства. Потому что любой серьёзный конфликт приведёт либо к ослаблению Израиля, либо даже к его исчезновению.

Давайте ещё раз вспомним про Касема Сулеймани. Две недели назад в Ирак приехал Исмаил Каани – человек который сменил убитого генерала на должности главы «Аль-Кудс». Что он первое сделал? Он приказал подконтрольным Ирану шиитским ополченцам прекратить любые нападения на американские объекты и военных.

Ещё раз: человек, который сменил Сулеймани, по которому все плакали и проклинали американцев, прибыв в Ирак, сказал: «Американцев – не трогать». Информацию предоставили более чем достоверные источники.

И если это так, если люди уровня Каани так осторожно действуют в отношении американцев, то в Иране всё понимают.

Тяжёлая потеря или уже катастрофа?

При всей важности Фахризаде, при всех его знаниях и опыте, я не думаю, что его гибель кардинально обрушит иранскую ядерную программу. Потому что этой программе – как современному противостоянию Ирана и Израиля – несколько десятилетий. Можно вести отсчёт прямо с Исламской революции.

Поэтому, я думаю, там есть уже и научная школа, и институты, есть уже целая команда, которая продолжит дело Фахризаде. Его смерть нанесёт урон ядерной программе, да, но не настолько сильный, как можно подумать. Не надо думать, что исчез единственный исключительный источник знаний, без которого Иран не обзаведётся ядерным оружием.

Такие мысли можно назвать одним словом: ерунда. Потому что иранцы работают системно. Поэтому гибель Фахризаде – большая, но восполнимая потеря.