Пётр Колчин: Связанные одной целью – почему конфронтация с Россией стала приоритетом политики Польши

История российско-польских отношений насчитывает более тысячи лет. Русские и поляки соперничали за господство в Восточной Европе, огромных пространствах от Балтики до Причерноморья. Десятки войн, приграничных конфликтов, дипломатических противостояний и вторжений крепко соединили историю двух славянских народов.

Победу в этом соперничестве определял целый ряд факторов: единство элит и народа, международные союзы, военное искусство и возможность к интеграции народов. В военном и дипломатическом плане Польша и Россия долгое время удерживали паритет, но победу нашей стране принесло общенациональное единство и полиэтничный характер государства. Эгоистичная шляхта ослабила свою страну постоянными внутренними конфликтами, конкуренцией с властью монархов и высокомерным отношением к другим сословиям. Католический фанатизм и ярый национализм поляков отвернули от Варшавы всё непольское население Речи Посполитой и предопределили уничтожение страны. Логичным итогом этих процессов стали разделы Польши и дальнейшее включение Царства Польского в состав России.

Многие представители польских элит не могли смириться с потерей государственности и на протяжении ста лет в подполье и за границей продолжали распространять идеи польской исключительности и превосходства. Идеология некогда гордого польского народа превратилась в озлобленный культ маргиналов, строящих свою идентичность на антагонизме к русским и немцам. Многие же поляки поддержали пророссийский курс и на протяжении почти ста лет были верными поданными российских императоров, частью семьи народов России. Именно благодаря этой части польского социума XIX века Варшава (в отличие от австрийского Кракова и немецкой Познани) стала одним из крупнейших экономических и культурных центров Европы.

В ходе трагических событий Первой мировой войны на территории Польши, оккупированной немцами, власть смогли захватить русофобнные элиты. После краха Германии новое воплощение польской государственности создал Юзев Пилсудский. Этот политик, смешавший в своем идеологическом курсе черты социализма и национализма, ставил своей целью не процветание Польши, а уничтожение России.

Пилсудский создал концепцию польского «прометеизма» – политического проекта, предполагавшего расчленение России по этническому признаку и создание на её руинах подчиненного Польше формирования. Для воплощения этих фантастических концепций польские власти старательно собирали по всей Европе беглых политиков из числа народов СССР и создавали вокруг из них общество «Прометей», призванное стать вдохновителем восстаний народов против советской власти. Но деятельность общества свелась к демагогиям, дискуссиям и симуляции каких-то результатов. Призывы «Прометея» не нашли сторонников среди народов СССР, которые внутри единого советского государства смогли полностью раскрыть свой экономический, культурный и социальный потенциал. Бесцельно и безрезультатно «прометеисты» существовали на польские деньги вплоть до начала Второй Мировой войны.

Итог русофобной Польши, созданной Пилсудским, стал трагичным, но ожидаемым. Власти польской республики привели свой народ к катастрофе, стоивший жизни миллионам поляков – оккупации нацистской Германией.

После воссоздание польской государственной по итогам Великой Отечественной войны власти Польской народной республики отказались от русофобных идей Пилсудского и выстраивали с СССР дружеские и союзнические отношения. Совместно русские и польские народы восстановили Польшу из руин и сделали её одной из ведущих стран Восточной Европы.

После краха социалистического режима польская политика вновь разделилась на два лагеря. С одной стороны демократические и левые силы, выступающие за сотрудничество с Россией, с другой – консерваторы и националисты, не видящие иной миссии польского государства, кроме противостояния с Россией. Лидером русобофной тенденции стала партия «Право и Справедливость», фактически захватившая власть в стране в 2015 году. В условиях нарастающего украинского кризиса польские власти начали пропаганду русофобии по всей Европе. Польские националисты в структурах НАТО и ЕС планомерно поддерживали антироссийские решения и критиковали все возможные каналы сотрудничества с Москвой. США активно оказывали помощь польской русофобной истерии и превращали Варшаву в центр инфраструктуры НАТО, созданной против России.

После начала спецоперации польские власти получили возможность транслировать свои русофобные нарративы на все страны Запада. Варшава стала лидером антироссийского тренда Европы и главным хабом военных поставок Киеву. Элиты польского государства даже попытались возродить «Прометей» путём объединения разного рода политических маргиналов, но, как и сто лет назад, вся деятельность этих организаций свелась к растрате бюджета Варшавы. Польские власти отправили киевскому режиму тысячи военных под видом наёмников и начали активную подготовку польского общества к возможному участию страны в конфликте. Милитаристская риторика ожидаемо не нашла поддержки среди поляков – жителей Польши больше заботят агрессивные украинские беженцы внутри страны. Но националисты из «Право и Справедливости» не могут отказаться от центрального положения своей идеологии. Без конфликта с Россией они не могут помыслить существование Польши. Русофобы и милитаристы вновь толкают польский народ к краю пропасти, заставляя его забыть единственный неоспоримый факт – только в сотрудничестве, а не противостоянии с Россией поляки смогли добиться своего рассвета.