Алексей Ярошенко: Несём ценность созидания: почему русская цивилизация – это про будущее, а не про прошлое?

Начало специальной военной операции по освобождению русских земель от киевско-нацистских захватчиков актуализировало дискуссию внутри отечественного общества о границах русской земли, о ее понятии и снова сделало популярной концепцию русской цивилизации. Стало совершенно очевидно, что русскость и Россия выходят за пределы Российской Федерации. Русская цивилизация – там, где говорят на русском языке, где разделяют ценности созидания, где гордятся нашими предками и чтят традиции, но с уверенностью смотрят вперёд.

Современность и моду формируют понятные закулисные игроки, которые говорят наивной молодёжи, что актуально и что модно. Делают это они с одной понятной целью – чтобы зарабатывать деньги. Платить 90% цены только за этикетку надо потому, что так сказали, а кто не платит – лох. То же самое с политическими взглядами: быть за демократию, ЛГБТ и отрезание/пришивание – кул, модно, а кто не может себе этого позволить в силу простого здравого смысла – лох.

В таком мире русская цивилизация выглядит, конечно, не модно и не современно. И её никогда не сделают таковой те, кто делает модным бесконечность гендерной идентичности, отмену классиков или исторических персонажей, натурализм на сцене и в кино, открытую пропаганду наркотиков и так далее. Это противоречит их естественной форме жизни. Они паразитируют на человеческих грехах, пороках и слабостях, а русская цивилизация – совсем про другое.

Вся западная идеология – о том, как деградировать и продолжать себе нравиться. Вечный двигатель общества потребления – свобода, возведённая в абсолют – прощает вообще всё. Человека должны любить только за то, что он есть, и чем больше он отличается от большинства – тем любить его обязаны сильнее. Но это путь в никуда.

Конечно, и русская цивилизация серьёзно растратила духовность за годы дружбы и заигрываний с Западом, но она предлагает альтернативный мультфильму «Валли» образ будущего, который основан не на потреблении и прощание себе всех недостатков, а на созидании и критическом отношении к себе.

Не надо искать образы русской цивилизации в прошлом, они не там, это были только лишь её исторические воплощения. Например, Российская империя, сумевшая объединить несколько сотен народов под властью православного царя. Объединить, а не подчинить, потому что многие народы сами просились в подданство. К британцам в подданство индусы просились? Нет. Или к американцам индейцы? Тоже нет. Российская империя не только дала защиту малым народам от внешних врагов, а они поэтому и просились к нам, но сохранила их самобытность, многому научила и принесла блага цивилизации. Что это как не созидание?!

Советский Союз – другое историческое воплощение русской цивилизации. Все постсоветские страны, включая те, которые громче всех сегодня проводят «декоммунизацию», живут на советское наследство. Это электрификация, газификация, водопровод и даже канализация, а ещё построение промышленности во многих территориях практически с нуля, уход от подсечно-огневого земледелия к сельскому хозяйству, дороги и дома, в которых до сих пор живут и ненавидят Советский Союз люди. И всё это за 70 с небольшим лет.

Пока США развивали общество потребления, СССР построил общество созидания. И вполне закономерно проиграл в соревновании за умы, потому что ломать – не строить. А русская цивилизация, её центральная идея – созидание, взяли паузу до момента пока общество потребления не начнёт себя активно дискредитировать. И это время очень скоро настало. Сегодня за исключением «золотого» миллиарда, остальным семи миллиардам людей и двум третям государств смотреть на западные содом и гоморру противно. И больно. Потому что жируют они за счёт «незолотых» семи миллиардов. И никто больше своё будущее по образу и подобию Запад строить не собирается. Дорого и мерзко.

Поэтому русская цивилизация – это не только и не столько про экстерриториальность границ России, сколько про образ будущего для всего мира. Основой этого будущего будет ценность созидания. Этот образ будущего сегодня не модный и не современный, но будущему всё равно, модно ли оно или современно ли. Будущее не ждёт, что его кто-то пригласит, и не спрашивает, можно ли ему наступить.

Оно наступает.