Юрист Цымбал объяснил сложности с раскрываемостью телефонных мошенничеств

Все чаще в СМИ появляются сообщения об утечках персональных данных во всевозможных организациях. Пропорционально с этим растет количество преступлений, связанных с мошенничеством. В эфире Общественной службы новостей эксперт национального антикоррупционного комитета, член московской палаты адвокатов Виктор Цымбал объяснил, почему телефонных мошенников так сложно вычислить.

«Телефонные мошенники сейчас, что называется, в авангарде. Причем официальные данные являются только верхушкой айсберга, основу которого составляет скрытая преступность», — отметил эксперт.

По его словам, большая часть пострадавших от мошенников не обращается в полицию либо в силу малозначительности суммы, либо из-за нежелания прослыть «простачком» в глазах окружающих. Причем среди последних есть в том числе и граждане, потерпевшие существенный ущерб. По официальным данным, за третий квартал зарегистрировано более 200 тыс. преступлений, связанных с финансовым мошенничеством, на сумму около 3 млрд рублей.

«И это касается лишь тех, кто осознал, что стал жертвой «развода», — сетует Цымбал. — В своей массе наше население очень слабо готово к таким вызовам. Оно привыкло, что государство стоит на его охране, и если вам, например, звонит человек, представляется самым главным майором какой-то самой главной службы безопасности и предупреждает, что ваш разговор записывается, то, скорей всего, вы внутренне напрягаетесь, приставляете руку к голове и говорите: «Есть, так точно».

К сожалению, человек, как правило, начинает подсознательно доверять мошеннику, если тому удается убедить жертву, что с ней разговаривает система. Тем более что злоумышленнику известны ее личные данные, и обращается он по имени-отчеству.

Ряд экспертов, в том числе из полиции, заявляют, что правоохранительные органы просто технически не готовы к борьбе с мошенниками, сравнивая ее с атакой швабрами на вооруженных лазерными бластерами. Цымбал подчеркивает, что проблема не столько в технических средствах, сколько в масштабах самих преступлений: как правило, колл-центры мошенников расположены в одном регионе, потерпевший живет в другом, а похищенные деньги обналичиваются в третьем.

«Определенный инструментарий для борьбы, конечно, есть. Но самая больная тема — это место совершения преступления: где будет вестись расследование и где, собственно, будет осуществляться судопроизводство и все дальнейшие действия по уголовному делу. Я знаю пример уголовного дела: жертва мошенника проживает в Белгороде, звонили ей из Екатеринбурга, а деньги снимали в Москве», — отметил юрист.

Цымбал утверждает, что главная проблема расследования подобных преступлений — оперативность. Инструментарий для своевременного пресечения мошенничества, остановки движения финансовых средств, блокировки счета на определенное время пока что только прорабатывается.

«В настоящее времени правоохранители действуют в рамках законодательства о банках и о противодействии легализации денежных средств, полученных преступным путем, — пояснил эксперт. — По мотивированному ходатайству с визой руководителя органа, осуществляющего предварительное расследование, обращаются в банк, через который были отправлены средства, и они блокируются на определенное время, по истечении которого требуется судебное решение. До его вынесения необходимо понять, где же было место преступления, где проводить расследование и где его завершать».