Юрист Соловьев: Ситуация вокруг Бакальчуков станет уроком для всех владельцев семейного бизнеса

Сложная ситуация вокруг слияния маркетплейса Wildberries и рекламного оператора Russ Outdoor, а также вокруг четы Бакальчуков должна послужить уроком для всех владельцев семейного бизнеса. Таким мнением с Общественной службой новостей поделился заслуженный юрист РФ Иван Соловьев.

Ранее, в прошедший вторник, глава Чечни Рамзан Кадыров на встрече с бизнесменом Владиславом Бакальчуком сообщил, что гендиректора Wildberries Татьяну Бакальчук оградили от общения с мужем и детьми, а сделка по слиянию маркетплейса с компанией Russ Outdoor «смахивает на рейдерский захват» — по его словам, с начала июля активы Wildberries стремительно уходят в третьи руки. В свою очередь сам Владислав Бакальчук сообщил, что его супруга ушла из дома еще в апреле и связалась с «непонятной компанией». В интервью РБК он также заявил, что его женой манипулируют для заключения невыгодной сделки. Он выразил желание оспорить слияние компаний и вернуться в бизнес — сейчас его даже не пускают в офис по распоряжению жены. Примечательно, что Владислав Бакальчук владеет лишь 1 % компании Wildberries, остальные 99 % принадлежат его супруге.

В ответ на это Татьяна Бакальчук в своих соцсетях опубликовала видеобращение, в котором сказала: «Это не рейдерский захват. Это развод». По ее словам, сделка по слиянию маркетплейса с рекламным оператором была согласована с Владиславом с самого начала. Бизнесвумен подтвердила начало бракоразводного процесса, добавив, что не понимает, зачем ее муж «вводит в заблуждение других людей».

«Изначально компания создавалась и развивалась на деньги как раз Бакальчука»

Как отмечает Иван Соловьев, учитывая, что Владиславу Бакальчуку принадлежит лишь 1 % компании Wildberries, ему будет сложно как-то оспорить сделку по слиянию с Russ Outdoor.

«Насколько я знаю, изначально компания создавалась и развивалась на деньги как раз Бакальчука. Теперь у супругов разные взгляды на дальнейшее развитие компании. Я так понимаю, Владислав сторонник более консервативного пути развития компании, а его супруга, видимо, связана со структурой Керимова, который на стадии бурного роста компании туда инвестировал и, соответственно, тоже хочет влиять на политику развития», — сказал он.

По словам юриста, возникновение разногласий на стадии развития бизнеса, когда он начинает делиться, «когда его начинают рвать во все стороны», — это общая тенденция предпринимательства, и подобное могло произойти в любой стране. Он отметил, что вокруг прибыльного и развивающегося бизнеса всегда «возникают люди, которые имеют деньги, имеют влияние и способны разруливать вопросы, не только связанные с бизнес-планами и тем, как компании развиваться и больше получать прибыли, но и с вопросами привлечения новых инвесторов, с вопросами поглощения конкурентов, купированием каких-то вызовов, угроз» и так далее.

«Многие вопросы надо решать до того, как это выйдет в общественное пространство»

«Сейчас это действительно та ситуация, из которой хорошо бы извлечь урок всем, и в первую очередь тем, у кого есть крупный семейный бизнес, потому что именно в семейном бизнесе такие истории происходят, — говорит собеседник издания. — Нужно понимание, на какой стадии развития бизнеса нужно вообще беспокоиться о том, можешь ли ты им управлять, даже если ты его основывал, развивал, вкладывал деньги. Может так оказаться, что в итоге у тебя останется 1 %. И, конечно, многие вопросы надо решать до того, как это выйдет в общественное пространство, станет конфликтом и потребует привлечения центров силы, которые, может быть, особого отношения к этой компании и к истории ее возникновения и развития и не имеют, но тем не менее будут со всего этого снимать сливки».

Соловьев отметил, что государство вряд ли будет вмешиваться в разрешение вопросов между Бакальчуками — дальнейшее развитие событий является частным делом супругов. Главное, чтобы происходящее не сказалось на стабильности самого маркетплейса, которым пользуются многие россияне, указал он.

«С юридической точки зрения, мы понимаем, что 99 — это больше, чем 1. Поэтому происходят попытки как-то выносить это в публичное пространство. Но насколько они будут рабочими — уверенности нет. Мне очень сложно сказать, что может изменить такой расклад. Структуры, которые сейчас вовлечены в эту ситуацию, очень устойчивы и, скажем так, умеют за себя постоять со всеми своими ресурсами, в том числе медийными и так далее, — указал юрист. — Я думаю, все это из общественного пространства очень быстро уйдет и будет решаться в тишине, в кабинетах. Все поделят, все будут довольны», — считает собеседник издания.

Дальнейшее развитие событий будет зависеть от того, придут ли Бакальчуки к мирному соглашению или все-таки дойдут до суда с бракоразводным процессом.

«Я, конечно, судье не завидую, потому что это будет непростая история. Думаю, споры будут касаться чисто вопросов финансов — кто, когда и сколько вложил, кто за счет чего продвинул компанию и кто на что имеет право. Остальные вещи, касающиеся каких-то публичных заявлений, обвинений и так далее, скорее всего, останутся за скобками, потому что они не выгодны ни одной, ни другой стороне».

Что касается перспектив судебного разбирательства, то Соловьев отметил, что хоть Владислав Бакальчук и владеет всего 1 % от семейного бизнеса и брачного договора с супругой у него нет, суды все же придерживаются общего правила по разделу совместно нажитого имущества, 50 на 50. «Все остальное — это уже нюансы. Это будут сложные вопросы, но я думаю, что суд никуда спешить не будет и сможет все изучить», — резюмировал юрист.

Ранее в разговоре с ОСН юрист Иван Соловьев сообщил, что продавцы фото с животными на курортах — те же наперсточники.