В России 15 языков могут исчезнуть: интервью с лингвистом РАН Ольгой Казакевич

Сложно представить, но есть языки, на которых общаются лишь два человека весьма преклонного возраста. Это значит, что когда эти люди уйдут в мир иной, исчезнут и языки — на них несколько веков назад говорили (жили, любили) целые народы. Иногда языки умирают чуть раньше, чем исчезает их последний носитель: ведь оставшемуся человеку не с кем поговорить на нём.

О том, сколько вообще языков осталось в России, сколько коренных народов живёт в нашей стране, почему умирают языки и как их можно восстановить Общественной службе новостей рассказала эксперт КС НКО кандидат филологических наук Ольга Казакевич — заведующая лабораторией исследования и сохранения малых языков Института языкознания РАН, ведущий научный сотрудник лаборатории автоматических лексикографических систем МГУ.

Сто пятьдесят языков народов России

— Ольга Анатольевна, расскажите, пожалуйста, сколько коренных народов проживает на территории России?

— Надо, наверное, сначала разобраться с формулировкой. Коренные народы — это народы, живущие на определённой территории длительное время. Однако возникает вопрос, каков должен быть временной критерий для того, чтобы считать тот или иной народ коренным? Сто, двести, пятьсот, тысячу лет? От того, какой временной критерий будет принят, будет зависеть ответ на ваш вопрос. Видимо, коренными народами можно считать все народы нашей страны. Точную цифру я не берусь назвать. А вот про количество языков, на которых говорят народы России, кое-что сказать могу.

По подсчетам, сделанным в Институте языкознания РАН в 2018 году, народы нашей страны говорят примерно на 153-х языках. Примерно, потому что при подсчёте иногда возникает вопрос, с чем мы имеем дело – с отдельным языком или с диалектом другого языка; чётких лингвистических критериев границы между языками и диалектами нет. Кроме того, на территории России функционирует еще 142 языка, на которых говорят мигранты.

— А что собой представляют коренные малочисленные народы?

— Так называют народы России, насчитывающие менее 50 тысяч человек. В официальный перечень входят 46 народов: это народы Сибири, Дальнего Востока, Севера Европейской части России и только один народ Кавказа. В списке не учтены коренные малочисленные народы Дагестана, которых насчитывается не менее 30-40.

Языков коренных малочисленных народов больше, чем самих народов: в последние годы некоторые локальные варианты этих языков, ранее считавшиеся диалектами одного языка, стали рассматривать как разные языки. Например, теперь говорят о двух юкагирских языках — тундренном и колымском, двух ненецких — тундровом и лесном, двух энецких — тундровом и лесном, двух хантыйских — северном и восточном, 15 даргинских языках. Это значит, что языков коренных малочисленных народов России сейчас не менее 100. Все носители этих языков двуязычны, а многие владеют тремя и более языками. Кроме своего языка знают в большинстве случаев русский, а на Кавказе владеют еще и одним-двумя языками соседних народов.

Исчезающие языки

— Какие малые народы находятся на грани вымирания? Какие это языки?

— Благодарение богу, народы сегодня не вымирают, они ассимилируются, теряют свой язык, а затем постепенно и свою этническую самоидентификацию.

Умирают языки. За последние 50 лет Россия потеряла десять языков: южномансийский (конец 1960-х), сойотский (1970-е), сахалинско-айнский (1975), югский (начало 1990-х), орочский (2008), камасинский (1989), западномансийский (начало 2000-х), сиреникский эскимосский (1997), керекский (2005), восточномансийский (2018).

За последние 50 лет Россия потеряла десять языков

Сегодня на грани исчезновения стоят 15 языков РФ, у каждого из которых осталось менее 20 носителей весьма преклонного возраста (цифрой после названия языка обозначено количество носителей языка, вопрос ставится там, где данные не достаточно точны):

• • • алеутский 2,
    • бабинский саамский 2 (?),
    • водский менее 10,
    • ительменский менее 10,
    • йоканьский саамский менее 5,
    • караимский менее 5 (?),
    • колымский юкагирский менее 10,
    • крымчакский менее 5 (?),
    • уильтинский (орокский) менее 10,
    • медновский алеутский 2,
    • тазовский менее 10,
    • тофаларский менее 20,
    • тундровый энецкий менее 10,
    • чулымско-тюркский менее 20,
    • южноселькупский 5.

На грани исчезновения стоят 15 языков РФ, у каждого из которых осталось менее 20 носителей

Однако у остальных коренных малочисленных народов Сибири, Дальнего Востока и Европейской части России также существуют серьезные проблемы с передачей языка от родителей к детям. Такая передача сохраняется только у тундровых и лесных ненцев и у чукчей (да и то не во всех локальных группах), в некоторых группах коряков, северных и восточных ханты, манси, северных селькупов, эвенов и эвенков. У остальных коренных малочисленных народов этих регионов передача языка детям прервана повсеместно, и число носителей языков этих народов неуклонно уменьшается.

Языковые гнёзда

— Ольга Анатольевна, а как можно сохранить исчезающие языки и почему это так важно?

— Начнем с того, почему важно сохранять языки. Мы воспринимаем мир сквозь призму языка. Каждый новый язык открывает нам новые грани мира и даёт новые понимания устройства мира. Утрата каждого языка — это утрата особого видения мира, свойственного этому языку, утрата пониманий, заключённых в этом языке и культуре, выраженной на нём. Известно, что великие цивилизации вырастали из многокультурности и многоязычия — будь то Римская империя, Византия или Китай.

Многоязычие — это наше национальное достояние. Задача государства и всех его граждан — сохранять, а не разбазаривать это достояние.

Мы до сих пор мало знаем о происхождении человеческого языка. Исследование устройства и функционирования языков мира — один из путей к пониманию того, как зародился язык. Каждый новый язык даёт нам знания, которые могут приблизить нас к ответу на вопрос, как люди заговорили. При этом всегда есть вероятность того, что ключ к ответу скрыт в неисследованном исчезнувшем языке.

Теперь о том, как можно сохранить язык, у которого осталось всего несколько носителей. Мировой опыт даёт нам некоторые удачные примеры сохранения исчезающих языков, а иногда и возрождения языков исчезнувших.

Самым эффективным способом обучения языку детей в ситуации, когда в семьях язык естественным образом от родителей к детям уже не передается, показал себя метод «языковых гнёзд». «Языковое гнездо» — это ясли и детский сад с полным погружением в язык. Находясь в яслях или детском саду, ребёнок слышит вокруг себя только речь на языке, который уже не используется его родителями. В результате дома ребенок усваивает «большой» язык, на котором говорят его родители, а в яслях и детском саду — исчезающий язык своего этноса. Впервые этот метод был применен для поддержки языка маори в Новой Зеландии в конце 1970-х годов и дал хороший результат. Теперь методом языковых гнезд активно пользуются на разных континентах для поддержки исчезающих языков (например, саамских языков в Норвегии, Швеции и Финляндии) и для возрождения исчезнувших (мэнского языка в Великобритании).

Ещё один хорошо зарекомендовавший себя метод, используемый в ситуации, когда носителей языка так мало, что невозможно организовать языковое гнездо — это метод «мастер – ученик»: обучающийся общается с одним из последних носителей языка, и тот передает ему/ей свои знания.

В нашей стране предпринимаются попытки организации языковых гнезд, например, у энцев, нганасан и долган на Таймыре, однако пока трудно судить об их эффективности. Некоторые языки коренных малочисленных народов преподаются в школе, но, к сожалению, эффективность преподавания по ряду причин чрезвычайно низкая, и сохранение языка такое преподавание не обеспечивает.

Для сохранения исчезающих языков важна общая атмосфера в стране и регионах, где живут носители этих языков, отношение к многоязычию со стороны государства и граждан, разъяснение ценности каждого языка и важности его передачи будущим поколениям. Важная роль в таком разъяснении принадлежит СМИ.