Военные сборы этим летом проверят координацию между разными силовиками. Интервью с экспертом по безопасности

В понедельник, 29 июня, президент России Владимир Путин подписал указ о проведении военных сборов. В низ должны будут принять участие не только резервисты Вооружённых сил, но и граждане, пребывающие в запасе войск национальной гвардии, ФСБ и органов государственной охраны.

Из шести пунктов указа три помечены как, для служебного пользования. Указ в ступил в силу в день публикации.

Чтобы выяснить причины для таких сборов, ОСН обратилась к ведущему научному сотруднику Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, эксперту Координационного совета некоммерческих организаций России Станиславу Иванову.

– Станислав Михайлович, скажите, нынешний призыв резервистов – это возвращение старой советской традиции или может быть признак каких-то новых тревожных явлений?

–Эта традиция уже была возрождена и продолжена. Это не первые сборы. Такого, чтобы в масштабе страны – нет. А в масштабе отдельных округов – эта практика была и в российское время, и в пост-ельцинский период, во время президентства Путина.

Такая практика есть и в других странах. В США, в Израиле время от времени призывают резервистов. Они проходят переподготовку, чтобы, как говорится, «не ржавели», могли подтянуться, построиться. Чтобы, как говорится, «нюх не теряли».

– В данных сборах будут участвовать Росгвардия, ФСБ, Госохрана. Это тоже давняя практика?

– Вот это как раз необычно для нашей страны.

То, что касалось военных сборов – это вполне объясняется необходимостью время от времени знакомить запасников с новинками вооружений и «сгонять жирок». А, вот, что касается Национальной гвардии и других силовых ведомств, это уже как-то связано с событиями, которые происходят в стране.

Это пандемия коронавируса, которая сопровождается спадом производства, закрытием предприятий, увеличение уровня безработицы. Много людей оказалось без средств к существованию.

Я думаю, эти побочные явления пандемии коронавируса, как бы не пытались их смягчить выплатами по 5-10 тысяч рублей, ударили по всем россиянам. Даже по олигархам и бизнесу: крупному, среднему, особенно малому. Учебные заведения, НИИ, все те, кто оказался на «удалёнке».

Поэтому, я не исключаю, что рост социальной напряжённости может быть одной из причин объявить сборы.

– Уже первая причина звучит настораживающе. Есть и вторая?

– Сейчас проходит референдум, к которому неоднозначное отношение. Хоть это и единичные случаи, но пытаются люди выйти на пикеты, пытаются получить разрешение на официальные акции протеста.

Время от времени появляются сообщения об арестах, когда людей обвиняют в экстремизме. Катастрофа с утечкой дизельного топлива в Норильске, последствия которой будут устранять ещё сто лет.

Плюс президент управляет страной дистанционно. Это тоже накладывает отпечаток.

– И для этого надо проводить какие-то учения силовиков?

– Сейчас в стране много неоднозначных процессов, которые заставляют проверить, как функционируют силовые ведомства. Причем, не просто посмотреть, как они работают, а выяснить, как может быть организовано их взаимодействие в кризисных условиях.

Потому что до сих пор я, честно говоря, не помню, чтобы отрабатывалось взаимодействие военных с Национальной гвардией. Тем более, что она не так давно создана на базе Внутренних войск.

– То есть эти мероприятия во многом проводятся для Росгвардии?

– Если взять слово «Гвардия», от оно заслуживалась на фронте, кровью. А у нас Внутренние войска назвали «гвардией». Но люди, какие были, такие и остались. Может быть их как-то хотят подтянуть, проверить лишний раз их готовность: насколько на них можно рассчитывать в кризисный период.

[irp posts=”73141″ name=”Делягин прокомментировал повышение НДФЛ”]

Чтобы они посмотрели на своих партнёров: военных, которые более дисциплинированы, МЧС, у которых есть опыт участия в чрезвычайных событиях.

И всё вместе есть задача проверить: всё ли готово на случай, если что пойдёт не так.

Тем более, что продолжается нагнетание информационной тревоги: обвал валюты, обвал цены на нефть, вторая волна коронавируса.

– Так, всё же, это делается для Росгвардии или для противодействия кризису?

– Думаю, обстоятельства вынуждают руководство проверить, как будет работать вся военно-силовая система в условиях «если потребуется».

Я не думаю, что это акт устрашения. Русского человека не запугаешь. А вот планы мобилизационной готовности, планы действий на чрезвычайный период – это сейчас стоит проверить.

Не обязательно выведут всех росгвардейцев или всех военных. Ведь бывают же командно-штабные учения. С их помощью могут проверить какие-то Управления, какие-то звенья на предмет координации.

Допустим, как генерал Золотов будет взаимодействовать с генералом Герасимовым? Они сумеют выработать совместный план или они, наоборот, будут мешать друг другу. Или, не дай бог, вступят в конфликт.

А как ФСБ в этих условиях среагирует? А как МЧС?

Так что я думаю, что с одной стороны это естественное мероприятие. А, с другой стороны, оно привязано к событиям происходящим в России: и социально-экономическим, и эпидемическим, и даже экологическим.

Всё это имеет отношение к проблеме национальной безопасности.

– Не поясните, что это такое? Потому что для многих это просто звучный термин.

– Национальная безопасность состоит из трёх компонент в таком порядке: первое – безопасность личности, второе – безопасность общества, и только третье – безопасность государства.

[irp posts=”75914″ name=”Я мечтаю, чтобы меня призвали на сборы, но лётчиков не берут – военный эксперт”]

Вот если под таким углом пройдут эти учения – ради Бога.

– То есть вы считаете, что волноваться никому не стоит?

– Последнее время сложилось какое-то недоверие населения в сторону властей. Поэтому я бы не хотел, чтобы эти мероприятия послужили дополнительному нагнетанию противоречий.

По военным, как правило, дают сводку: какие части задействованы, количество людей, в каких округах. Может и по остальным структурам будет более подробная информация.

И тогда мы сможем дать уже более развёрнутую оценку. А пока стоит отнестись к этому нейтрально, как наблюдатели.