Россиянам рассказали о сомнительном качестве рыбы в магазинах

Рыба — неотъемлемый пункт новогоднего меню. Россияне любят ее и жарить, и запекать, те, кто следит за фигурой, предпочитают готовить на пару. Любят, конечно, и соленую рыбу. Кто-то покупает готовую в супермаркетах, кто-то засаливает самостоятельно. Так ли это безобидно? Время от времени даже любители суши и роллов заражаются паразитами — не так уж часто, конечно, но случаи есть. О том, насколько безопасна рыба в российских магазинах, Общественная служба новостей поговорила с руководителем Информационного агентства по рыболовству Александром Савельевым.

«Если говорить о том, насколько безопасна рыба, начать можно издалека — собственно, с вылова. Так исторически сложилось, что наши российские рыбаки берут лосося, приходящего на нерест, в реках — в реках Камчатки, Сахалина, Хабаровского края, Приморья и так далее. Эта огромная рыба устроена так, что, рождаясь, так сказать, мальком, она скатывается по реке в океан и там в зависимости от вида 3-5 лет нагуливает вес, взрослеет и затем возвращается ровно в ту точку, где она родилась, где она превратилась в малька из икринки. Когда она возвращается из океана в реку и как только делает первый глоток пресной воды, у нее отключается иммунная система», — заявил эксперт.

Собеседник ОСН приводит в пример горбушу — почему ее назвали именно так? У нее начинает вырастать горб, она покрывается слизью, то есть по сути эта рыба уже идет умирать в ту точку, где она вылупилась из икринки. В том самом месте самка выбрасывает икру и умирает — это жизненный цикл лососевых. По словам Савельева, именно поэтому в СССР придумали консервы «лосось в собственном соку» и другие — эту рыбу с уже отключенной иммунной системой, фактически уже умирающую, лучше всего было консервировать, иначе ее было не сохранить.

«Кстати, в отличие от наших рыбаков, американские на Аляске берут лосося в океане, в море, а не в реках. Вот почему, собственно, их красную икру наши называют незрелой: поскольку рыба еще не вошла в реку, и у нее этот процесс пока не включился. Я почему начал с этой истории — потому что эта рыба как бы уже не полноценно свежая», — объясняет Савельев.

Далее рыбу потрошат, икру отдельно пробивают, а тушку замораживают и отправляют уже тем, кто занимается продажами. В основном это осуществляется по железной дороге, в рефконтейнерах или рефрижераторных вагонах. Это в идеале, когда рыба весь путь не размораживается.

«На практике это часто происходит наоборот, то есть ее перегрузили в порту с судна в холодильник, в лучшем случае из холодильника на автомобиль, из автомобиля на железную дорогу… В этих стыках она все-таки размораживается. В России недостаточно развит рефконтейнерный парк, чтобы качественно ее логистировать», — сетует специалист.

Не говоря уже о розничной продаже, когда рыбу выложили на продажу, а нереализованную — обратно в морозилку. Такие манипуляции разрушают ткань рыбы, и, безусловно, в ней могут заводиться паразиты. Кроме того, надо иметь в виду, что даже в самый неурожайный год на Дальнем Востоке добывают столько рыбы, ее не успевают продать за сезон, и она год-два лежит в холодильнике. Естественно, при такой дефростации и заморозке заводятся паразиты, считает Савельев.

«Как только рыбу выловили там, на Дальнем Востоке, ее тут же должны внести в базу данных системы «Меркурия», это система ветеринарной идентификации, она и позволяет безупречно характеризовать ту или иную партию рыбы на прилавке магазина. Идентифицировать ее по срокам вылова, по месту вылова. Из чего покупатель может сделать вывод, свежая она или хранится больше года. Но, к сожалению, эта система не работает. По крайней мере, она не работает в части в части розничной торговли, то есть потребитель не в состоянии проконтролировать всю логистику, как говорится, «от лодки до глотки», скажем, с помощью мобильного приложения. У прилавка магазина вам предложат в лучшем случае какой-нибудь сертификат соответствия, которых они могут отксерить безобразное количество, и абсолютно ни о чем эта бумажка не говорит, ничего абсолютно не значит», — заявил эксперт.

По его словам, так как розничная торговля до сих пор работает без «Меркурия», российский покупатель находится в состоянии некой лотереи: повезет — не повезет. Можно купить свежую рыбу, а можно нарваться на червивую. Определить качество рыбы на глаз не представляется возможным.

«Здесь не надо ничего выдумывать. Никто — даже ихтиолог — никто никак не сможет в магазине определить, хорошую рыбу он покупает или плохую. Это возможно только в лабораторных условиях. Поэтому я настаиваю, что система «Меркурий» должна работать безупречно, вплоть до покупателя, до розничной торговли, так, чтобы потребитель мог, например, с помощью мобильного приложения либо каких-то иных идентификационных мер мог это проконтролировать», — отрезал Савельев.

Соленую рыбу, продаваемую в вакуумных упаковках цельными кусками или нарезками, собеседник ОСН отметил особо. По его словам, этот продукт вообще нежелательно употреблять в пищу.

«Это норвежский лосось, которого искусственно выращивают в садках, и по исследованиям норвежских же ученых, это самая токсичная еда в мире. На дне этих самых садков скапливается огромное количество несъеденного корма, испражнений и прочих отходов. В Норвегии он достигает уже 15 метров. Этот слой кишит пестицидами и выделяет газ, который применяли на Первой мировой войне», — заявил специалист.

В садках сотни тысяч особей находятся в условиях ограниченного движения, соответственно, начинают болеть. Для предотвращения массовой гибели в корма добавляют огромное количество антибиотиков, а также гормон роста. Не стоит забывать и о красителях.

«Если вы когда-нибудь покупали в магазине соленую рыбу, то могли заметить любопытный момент: она как паста. Ее не нужно нарезать и класть на хлеб, ее можно просто намазывать. Что это означает? У нее просто-напросто нет мышечной ткани. Это откровенная дрянь, и во всем мире она стоит сущие копейки, в 5-10 раз дешевле дикого лосося», — отметил Савельев.

По его словам, Россия — единственная в мире страна, где лосось, выращенный в садках, стоит дороже дикого. Во всем остальном мире, «от Лондона до Уганды», это самая настоящая дешевка, себестоимость которой составляет 1,5 $. Высокие цены в России — это результат тщательной работы маркетологов, раскрутивших бренд «норвежский лосось», и теперь он продается даже во Владивостоке, что вообще-то повод для стыда, уверен Савельев. Бренд был раскручен, но никто не знает, что промысла дикого лосося в Норвегии не существует, так как его запасы в свое время были сильно подорваны.

Стоит отметить, что с введением контрсанкций норвежский лосось никуда не делся — по словам эксперта, сейчас он импортируется из Чили и с Фарерских островов, с хозяйств, которыми заведуют те же норвежские компании.