Режиссёр Шнейдеров объяснил, почему россиян снова тянет обратно в девяностые

Почему мы снова и снова возвращаемся к 1990-м? Кажется, эта эпоха стала культурной точкой отсчёта, к которой мы обращаемся, чтобы найти ответы на вопросы настоящего.

Песни, сериалы, шоу всё — это не просто ностальгия, а попытка осмыслить время, которое было одновременно опасным и вдохновляющим. Группа «Дюна», «Комбинация», бандиты и гопники.

Всё это снова появляется на российских экранах. Но почему так происходит? Ведь 2000-е и 2010-е тоже были интересными. Кинокритик Давид Шнейдеров в беседе с корреспондентом Общественной службы новостей объяснил это.

«С одной стороны — это время ужаса, голода, бандитизма и хаоса. А с другой — те самые «поющие трусы»»

«С одной стороны — это время ужаса, голода, бандитизма и хаоса. А с другой — те самые «поющие трусы» — эпоха попсовых групп вроде «Комбинации» или «Блестящих», ублюдочной группы «Руки Вверх» с треком «поцелуй меня везде, я ведь взрослая уже», которые многими воспринимаются как квинтэссенция дурновкусия», — указал он.

По его мнению, это не случайно: девяностые дают простор для полярных трактовок. Кто-то вспоминает эпоху с тоской, видя в ней дух свободы, кто-то — с ужасом, называя её временем распада.

Но, казалось бы, ностальгия по этому времени должна была кануть в Лету еще 10 лет назад, время вспоминать нулевые, но это почему-то не происходит так обширно. Шнейдеров объяснил причину.

«Сегодняшние авторы просто боятся. Боятся цензуры, боятся не получить прокатное удостоверение. Проще снять «Лихие», чем трогать нулевые или десятые. Люди опасаются задавать вопросы, которые могут привести к неудобным ответам. А девяностые уже прошли, они безопасны для осмысления», — пояснил он.

Сериалы вроде «Лихие» Быкова или «Дети перемен», по словам критика, чаще всего пользуются проверенной формулой.

«Криминальные разборки, бандитские стрелки, романтика свободы, обёрнутая хаосом — это срабатывает на зрителя. Но это уже даже не про девяностые, а про их миф. Настоящие девяностые были куда страшнее и одновременно богаче культурно, чем нам показывают», — пояснил он.

«Нулевые и десятые слишком близко, и политический контекст тоже играет роль. Передача власти, события, которые воспринимаются как переломные, — всё это делает некоторые темы табуированными. Именно поэтому современная культура часто уходит в два проверенных направления: либо к девяностым, либо к сказкам», — отметил собеседник издания.

Боясь острых углов, по словам Шнейдерова, мы уходим в русские народные сказки или ворованные «Волшебники Изумрудного города», которые, как отмечает он, переработаны настолько, что там даже не упоминается, что это книжка Фрэнка Баума.

Парадоксальная привлекательность 1990-х годов, по мнению кинокритика, остаются мифом, который можно переосмысливать до бесконечности.

«Они достаточно далеки, чтобы о них говорить, но всё ещё близки, чтобы вызывать эмоции. А пока новые эпохи ждут своего часа, девяностые продолжают оставаться культурным отражением общества, пытающегося понять себя», — заключил собеседник издания. Режиссёр Шнейдеров объяснил, почему россиян снова тянет обратно в девяностые.