Путаница и устаревшие законы: Кто наживается на рынке ритуальных услуг

Из-за пандемии коронавируса в России выросла смертность. Об этом заявил президент России Владимир Путин, выступая с посланием к Федеральному собранию в среду, 21 апреля. Как, потерявшим близких не стать жертвами недобросовестных похоронных агентов или мошенников, в эфире телевидения Общественной службы новостей рассказали директор по развитию компании «Честный агент» Павел Сосновый, президент общественной организации «Ассоциация крематориев», вице-президент союза похоронных организаций и крематориев Алексей Сулоев, юрист, директор юридической компании «Юристъ» Асия Мухамедшина.

ОСН: Когда я готовилась к сегодняшнему разговору, мне показалось что критики в адрес тех, кто оказывает ритуальные услуги, больше, чем в адрес таксистов, которые повышают цены, когда случаются какие-то происшествия. Так ли это?

Павел Сосновый: Думаю, все таки вам показалось. Сейчас сложный момент и на ритуальных компаниях лежит сложное бремя: они стараются предоставить лучший сервис и лучшим образом оказать услуги. Но из-за массовости или из-за какой-то избирательности наверх попадают только критика и гневные заявления. Но я вижу отзывы и впоследствии люди пишут слова благодарности, слова понимания.

ОСН: Сложно представить, что критики нет совсем. Какая все же присутствует?

Павел Сосновый: Если в целом говорить о системе, то она имеет множество изъянов. И критика может существовать по любой из всех этих причин. Это действия недобросовестных агентов, это мошеннические схемы, это те случаи, когда услуги навязываются, или добавляются новые и новые. Если говорить в целом, то это лакуны в законодательстве. Тело должно быть доставлено из морга, но не указано когда: земля должна быть предоставлена, но не сказано когда.

Алексей Сулоев: Думаю, здесь критика справедлива. Система оказалась не готова к такой увеличенной смертности. Оказалась не только похоронная сфера, но и медицина, и многие другие госструктуры. У нас, как сказал Павел, не было внятных правил игры. Сначала сказали «кремируем», потом «в мешки».. Началась путаница. Сказали кремировать – хорошо, но крематориев столько нет, всего 29 на всю Россию.

Как решались эти вопросы в мире? Там быстро организовались мобильные крематории. У нас их нет. Кто хотел их купить, узнали, что про них в законе забыли написать.

ОСН: Это запрещено?

Алексей Сулоев: Это не запрещено, но и не разрешено. У нас весь закон 1996 года так написан, «казнить нельзя помиловать». Вот такой у нас глупый закон и мы его меняем уже сколько лет.

Следующая медицинская проблема заключалась в том, что в моргах не давали людям проститься и случалось, что хоронили не того человека, а он оказывался или живым, или в другой могиле. И доходило до того, что санитары выкапывали тело, чтобы отдать его родственникам. И о таком писали.

И третье, это высокая смертность. Венки, гробы и так далее, как оказалось, их было недостаточно. Кладбища были не подготовлены. Крематории не справлялись. На это надо смотреть и менять общую программу. Это не первый случай: в Москве было задымление 2010 года, всплеск смертности был близок. Но тогда выводы не были сделаны.

Асия Мухамедшина: Ритуальные услуги это та сфера деятельности, где мошенникам грех не воспользоваться ситуацией. И критика не столько зависит от того, какие существуют пробелы в законодательстве. Критика объективная, но прорабатывать законодательную базу тоже необходимо, чтобы хоть как-то урегулировать эту сферу деятельности. Потому что пока она слабо регулируется.