Право на сына: Жительница Твери не может вернуть вернуть шестилетнего ребенка

Жительница Твери Анна Кудрявцева два года борется за 6-летнего сына. Последние два месяца она не может общаться с ребенком – его скрывает бывший муж. Ни судебное решение, ни требования приставов не исполняются, рассказала женщина Общественной службе новостей.

«Когда я с постановлением суда приехала в детский сад, сына там не оказалось. Никто не знает где он. Я обращалась в ГИБДД, мне смотрели передвижения бывшего мужа − видно, что он каждый день ездит в Сергиев Посад к своей матери. Предположительно ребенок там, но попасть за высокий забор нет возможности. Постановление приставов не исполняется. Органы опеки не помогают, я у них под забором часто стою. Когда я в последний раз виделась с ребенком, он боялся ко мне подходить, спрашивал: “Мама, ты правда для меня опасна?” Отец настраивает его против меня», − описала происходящее Анна Кудрявцева.

В стрессе мама и сын пребывают последние два года. Во время одной из ссор муж Анны Кудрявцевой предложил ей написать отказ от ребенка. Женщина отказалась, тогда муж просто забрал сына насильно и отвез к своей матери. Позже Анна узнала, что супруг подал на развод и на определение место жительства сына с отцом.

Пока длилось судебное разбирательство женщина подписала мировое соглашение с супругом. Она согласилась на временное проживание ребенка с отцом при условии, что даст ей видеться с Володей.

«Нет, я не сдалась. Просто это был единственный способ видеться с сыном хотя бы на выходные. Потом начался карантин и я оставила сына у себя. Закон я не нарушила. Да и в Тверской области в пандемии было безопаснее, чем в подмосковной Балашихе. Муж с таким решением не смирился. Вместе с друзьями грубо отобрал ребенка во время прогулки, затолкав его в машину. Что чувствовал в этот момент наш сын, никого не волновало», − рассказала женщина.

Больше с сыном Анна не общалась. Но жила надеждой на решение суда. И действительно, суд 22 сентября определил проживание ребенка с матерью. Но в детском саду Володю мама не нашла. Его заблаговременно забрал отец.

А дальше женщине предстояло столкнуться с тем, как работает служба судебных приставов. Оказалось, что никаких рычагов воздействия на отца ребенка нет.

Органы опеки, куда с первых дней жаловалась женщина, никакой помощи не оказали. После извещения о проверке отец привез сына от бабушки к себе, а условия проживания у него приличные.

«На суде органы опеки Балашихе мне сказали: “А что вы хотите, многие растут без матери с прекрасной мачехой”. Полиция ничего не может − заявления переадресовывают приставам. Возбуждено исполнительное производство. Но, как оказалось, очень многое зависит от формулировки в исполнительном листе. Например, есть формулировка “передать ребенка” или “отобрать и передать”, а у меня написано “обязать передать”. То есть приставы должны донести до сведения отца, что он обязан передать. Я ездила по всем инстанциям, чтобы формулировку изменили на “отобрать и передать”. Снова собираю документы», − рассказала Анна Кудрявцева.

На следующем этапе судебные приставы направят документы на изменение формулировки. Аналогичное прошение Анна Кудрявцева направит в суд. После изменения формулировки приставы могут забрать ребенка. Но нужно будет еще представить доказательства, что ребенок находится в Сергиевом Посаде и подключить к работе уже местных приставов.

«Процедура сложная, а страдает ребенок. Мать бывшего мужа говорит, что он с отцом, а он, что ребенок у бабушки. А мне приходится бегать между Балашихой и Сергиевым Посадом, стоять под забором с собаками. Ребенка из дома не выпускают. Нет возможности увидеть сына», − плачет женщина.

Анна Кудрявцева просит надзорные органы помочь исполнению решения суда. А также просит законодателей пересмотреть сам механизм работы в таких случаях. Рычагов воздействия практически нет.

По мнению женщины, подобными делами занимался отдельный орган. Законодательно судебным приставом нет разницы что изымать − имущество или ребенка. Ребенок приравнен к вещи, а сама процедура очень затянута, кругом проволочки, отмечает Анна Кудрявцева.

В нашей стране один из родителей может практически безнаказанно отстранить второго родителя от общения с ребенком. Наказание за препятствие к общению в соответствии статьи 5.35 КоАП составляет две тысячи рублей. И возбудить дело на этом основании крайне сложно.

Нужна либо уголовная ответственность либо высокий штраф, считает женщина. Ведь драгоценное время уходит, детям наносится непоправимая травма.

Ранее жительница Подмосковья умоляла суд вернуть ей двухлетнюю дочь, похищенную бывшим мужем. После публикации статьи ребенка вернули. Аналогичная история произошла в Карелии, где уже бабушка не желает возвращать внука своей дочери и пытается лишить ее родительских прав.