Подробности о хулигане из школы №113: учиться с таким в одном классе невозможно

С начальной школы Дмитрий Мартынов, который избил учительницу, пытавшуюся призвать его к порядку, был проблемой. Учителя вынуждены были тратить на него время в ущерб другим ученикам. Родители одноклассников Мартынова безрезультатно пытались жаловаться на юного дебошира. Об этом нашему корреспонденту рассказала Татьяна Латипова, мама одного из одноклассников Мартынова.

В середине сентября Мартынов набросился с кулаками на учительницу. Это произошло после того, как преподаватель попросила ученика соблюдать дисциплину и попыталась забрать у него наушники. Попытка вызвала резкий гнев Мартынова. Обвинив учительницу в повреждении наушников, школьник устроил истерику, разгромил часть оборудования в классе.

Инцидент получил административное продолжение. В случившемся был обвинён директор школы №113 Давор Туба. Как сообщил департамент образования Москвы, Туба не сумел провести должную работу по «коррекции поведения мальчика». По словам департамента, осознав свою ошибку, директор сам подал заявление об увольнении.

Тем не менее, родители и ученики не согласились с такой позицией руководителей системы образования. На данный момент в школе №113 стихийно образовалось общественное объединение, которое намерено восстановить Давора Тубу в должности директора.

Нам удалось поговорить с Татьяной Латиповой. Её сыну довелось учиться с Митей Мартыновым бок о бок. Воспоминания о том времени до сих пор яркие и эмоциональные.

«Дима Мартынов учился с моим сыном в одном классе с 2012 по 2015 годы, – рассказала Татьяна. – В школе №176. Сейчас она носит номер 170».

Собеседница пояснила, что Мартынов поступил в их школу второклассником:

«Мы проучились с ним до конца начальной школы».

В школу Диму приводили не родители, а бабушка, которая не отличалась общительностью:

[irp posts=”44106″ name=”«Учителя школы №113 должны бороться или вспомнить, что изначально «педагог» – это раб”]

«Она никогда не разговаривала с родителями одноклассников. Не помню ее присутствия на собраниях. Была замкнута, обычно даже не здоровалась. Но видно было, что мальчик ей дорог, обращалась с ним ласково, голос не повышала».

Сразу после появления нового ученика, класс перестал быть спокойным местом:

«Наш учитель – очень опытный, строгий и сильный педагог. Поэтому ей и доверили непростого ребенка. Теперь каждый день она писала докладные записки, искала Диму по коридорам. Пол урока отдавала только ему, наши дети были заброшены».

При всём мастерстве педагога, положительного результата добиться не удавалось. Мартынов продолжал нарушить дисциплину:

«Он мог спокойно прогуливать уроки, шатаясь по школьным коридорам, игнорировать требования учителя. Бился головой об батарею. Вставал и ходил во время урока».

Впрочем, особо агрессивным Мартынов не был. По крайне мере к тем одноклассникам, которые его не трогали:

[irp posts=”43955″ name=”Учителя боятся сообщать о реальных проблемах родителям – рассказ педагога в маске”]

«Но в классе был ещё один непростой мальчик, с которым Дима периодически дрался. К четвертому классу конфликты между ними переходили уже в опасные потасовки».

Татьяна объяснила, что жалобы на такое положение дел оставались без ответа. Родители класса не раз писали подобные документы на имя директора школы №176:

«По мере взросления учиться с Димой становилось только сложнее и сложнее. Его поведение становилось все более эгоцентричным. И в 4-ом классе он вылез на козырек школы и грозился спрыгнуть. Приезжала милиция и скорая помощь. Вся школа была на ушах».

Но даже после такого эксцесса, по словам собеседницы, никаких выводов или изменений не последовало:

«Мы ушли из школы после четвертого класса. Мой ребенок последние полгода каждый день просил меня перевести, забрать его из класса. Рассказывал о новых выходках Димы».

«Учиться с таким ребенком в одном классе просто невозможно», – подытожила Латипова.