GLASNOST, Ветер перемен и кооперативы: Как перестройка вошла в историю

В этот день, 27 января 1987 года, на пленуме ЦК КПСС Перестройка была объявлена новым государственным курсом. Реформы и новая идеология советского партийного руководства была объединена общей целью «преодоления эпохи застоя и обновление всех сторон жизни страны». О самой идее и самых ярких ее приметах, вспоминает Общественная служба новостей.

Терминология

Само слово «перестройка» появилось еще в 1985 году, когда генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачев впервые заговорил о необходимости изменений в общественно-политической жизни: «Видимо, товарищи, всем нам надо перестраиваться. Всем», — заявил он. Слово было подхвачено СМИ и стало лозунгом начавшейся в СССР новой эпохи.

В следующем году Горбачев употребил это слово сознательно, как термин для политических и экономических перемен. Историки того времени подчеркивают, что «на языке того времени это понятие отнюдь не означало коренного изменения социально-экономических форм и сводилось к реорганизации некоторых хозяйственных функций и связей»

Бизнес

Заниматься бизнесом в обществе перестроечной эпохи считалось чем-то криминальным. А слова вроде «предпринимательство» и «прибыль» ассоциировались у людей с Уголовным кодексом, вспоминал первый советский миллионер Артем Тарасов. Сам он открыл кооператив, который успел поработать как брачное агентство, ремонт техники и служба носильщиков в аэропорту. «У нас было одно чувство, которое не покидало ни днём ни ночью: так много зарабатывать люди не имеют права, значит, мы воруем деньги, мы преступники, нас вот-вот расстреляют», — писал он в книге «Исповедь миллионера»

О том времени с оживленно вспоминает бизнесмен Олег Тиньков. На момент начала перестройки ему исполнилось двадцать лет. «Я находился в самом центре событий. Это было похоже на волну, требовалось только встать, как на серфе, и устоять», — приводит его слова Sobaka. «Я ни в одной приватизации не участвовал, я построил магазин, начал продавать там видики, и это сразу стало приносить десять тысяч долларов в день», — рассказывает он.

Музыка

В 1985 году началась перестройка, и развитие государства совпало с развитием музыкального жанра, отмечал основатель рок-группы «Санкт-Петербург» Владимир Рекшан. «Соединение этих двух движений вознесло рок-музыкантов на невиданную высоту. По факту, советская рок-музыка долбила советский строй больше всех, включая Солженицына, которого никто и не читал. Мы вызвали тот ветер перемен, о котором пели Scorpions», — вспоминал он.

Справедливости ради стоит сказать, что ту самую песню Scorpions написали уже под влиянием перестройки, во время своего визита в Москву в августе 1989 года. Они стали участниками первого рок-фестиваля в СССР — «Moscow Music Peace Festival». Официально мероприятие именовалось «Московский международный фестиваль мира», неофициально — «Рок против наркотиков», еще более неофициально — «Пчелы против меда», вспоминал журналист Петр Камченко.

«Для молодёжи это был такой показательный момент перестройки. Никто не мог поверить, что это и правда будет, и вдруг они реально это всё увидели, и никто никого не посадил в тюрьму, ничего не случилось… Всё было просто, по-человечески и с кайфом», — подвёл итог Стас Намин.

Мода

Эпоха перестройки с ее безбашенностью, витальностью и невероятным количеством идей была временем постепенного обретения свободы, которая, к сожалению, в 1990-е годы превратилась в анархию, считает историк искусства Юлия Лебедева. «Молодые художники, работавшие в те годы, верили, что пришла пора перемен, но еще не почувствовали вкус арт-рынка.Середина и конец 1980-х были тем редким моментом, когда альтернативное искусство стало использовать не только исторический материал, но и — без иронии и издевки — советскую и революционную эстетику», — приводит ее слова Артгид.

Историк моды Мэган Виртанен, говоря о «перестроечной моде» сразу вспоминает о появлении в конце 80-х трикотажных спортивных костюмов с крупными надписями PERESTROYKA и GLASNOST. «Эти костюмы продавались как “импортные”, а на самом деле их в полуподвальчиках лепила новая страта общества – кооператоры. Те же кооператоры делали и продавали так называемые джинсы-“варёнки”, а истинные модницы обязательно носили такие джинсы или же юбки-“варёнки” в комплекте с лаковыми туфлями-лодочками», — рассказывает она. Типичный портрет перестроечной модницы — супер-мини, перламутровые помады, чёлки «с начёсом», фиолетовые тени для глаз, ажурные колготки с люрексом, и псевдо-ангорские свитера, расшитые бусинами. По ее словам, немало было и тех, кто выбрал противоположный полюс моды — представителей субкультур  от хиппи до панков, со своими сложившимися кодами в одежде.