Экозащитник Расулмухамедов рассказал, кто пострадает от ужесточения штрафов за укусы собак

Госдума приняла поправки в КоАП об ответственности за нарушения при обращении с животными. Теперь за несоблюдения требований к содержанию домашних животных – в том числе за оставление их на улице – владельцу грозит штраф до 3 тысяч рублей для физлиц и до 30 – для юридических. Если питомец кого-то укусит – его хозяин заплатит до 200 тысяч рублей.

Насколько эффективны штрафы за плохое обращение с животными на фоне передачи регионам полномочий по определению судьбы бродячих собак, могут ли правоохранители доказать – кому принадлежало животное, а также другие вопросы в разговоре с Общественной службой новостей обсудил первый зампред Центрального Совета «Всероссийского общества охраны природы», председатель «Всероссийского общества охраны природы» Элмурод Расулмухамедов.

– После поправок о передаче полномочий регионам, в стране не осталось обязательной системы чипирования животных. Каким образом нормы по обращению с ними теперь будут функцировать? То есть, как правоохранители смогут доказать вину владельца животного, скажем, в самовыгуле?

– Сейчас это не будет работать. По сути, и с чипированием это не будет работать. Потому что если вы придете штрафовать человека, то он вам скажет, что собаку либо украли, либо она только сейчас выбежала и так далее. Непонятно, что такое «оставление животного». Например, у меня животное убежало. Соответственно, по этой логике я всегда могу написать заявление, что оно убежало. Повесить две бумажки вокруг, сказать, что ищу свою собаку и все.

«Другое дело, что у нас Государственная дума сейчас пошла по пути давления на владельцев собак».

И это давление приводит, во-первых, к тому, что все будут избегать хоть какой-либо регистрации собак, даже упрощенной. Потому что люди тут же будут становиться официальным владельцем и попадать под все эти безумные штрафы. Во-вторых, это может привести к ухудшению жизни самого животного, потому что если у человека зарплата сто тысяч, а его на двадцать тысяч оштрафовали – то первый, кто пострадает, это собака.

Поэтому в данном случае мы пытались объяснить, что это усиление штрафов и так далее не дает каких-либо эффектов, но нас не слышат. Так же, как нас не слышали, когда в целом закон этот принимали, когда мы договорились, что на его реализацию понадобятся десятки миллиардов рублей. Просто для того, чтобы регионы смогли выполнить нормы, которые там прописаны.

– Есть ли в стране положительный опыт чипирования, регистрации собак?

– Те попытки чипирования, которые где-то были уже сделаны, не дают должного эффекта. По той простой причине, что сейчас, для того, чтобы идентифицировать животное и вообще узнать – оно чипированное или нет – нужно его доставить в ветеринарную клинику, либо вызвать людей со специальным оборудованием. А если животное агрессивное или больное, то мы подвергаем риску здоровья и жизни людей.

«Я понимаю, что пять лет назад кто-то хотел сделать на этом бизнес. Но сейчас эта система порождает совершенно не нужные процессы».

Поэтому в комитете Государственной думы, когда обсуждали поправки перед голосованием, мы предложили сделать обычную стандартную систему идентификации на основе фотографий. Сейчас нейросети и искусственный интеллект вполне с этой задачей справляются. Надо просто получить базы данных фотографий, тогда логика будет совершенно другой.

Вы просто сфотографировали животное, отправили его – и либо мы его нашли в базах данных, либо нет.

«Если мы его не нашли и не идентифицировали его владельца, то тогда, соответственно, им должна заниматься соответствующая служба».

Работать это должно именно так, а не когда вы должны животное поймать, зафиксировать, кто-то должен приехать, кто-то его должен отвезти в ветклинику или еще куда-то.

Поэтому мы сейчас готовим наше предложение в регионах от Российского экологического движения. Будем предлагать альтернативную более простую систему идентификации животных. А другого выхода нет, потому что у нас законодатель погрузился в это чипирование, и там люди вообще не воспринимают сейчас какие-либо альтернативные методы.

– Как на эти процессы повлияет передача полномочий по решению судьбы бродячих животных в регионы?

– Сейчас колоссальное давление будет оказываться на региональные власти, на региональные органы, чтобы с это проблемой разбирались. По сути, сейчас передали эту проблему с федерального уровня на региональный, а там нет ни денег, ни специалистов, ни каких-либо возможностей.

«При этом люди, которые пытаются что-то делать, сейчас попали под удар защитников животных, потому что все считают, что единственный способ регулировать численность – это убийство».

И у нас уже там в каких-то регионах даже есть уличные акции, при этом не совсем обоснованные. Опять нагнетаются какие-то страхи, и люди начинают ходить по улицам требовать разумных мер.

– А может ли ужесточение ответственности привести к росту ложных заявлений, несправедливых штрафов и вообще отказу от питомцев?

– У нас, к сожалению, много людей которые не вполне ответственно владеют собаками. То есть собака есть во дворе, но при этом ветеринарные нормы не соблюдаются. При этом надо четко понимать, что молодые домашние собаки есть достаточно большие, но при этом еще не хорошо дрессированные.

Вот, например, у вас ребенок дверь открыл, она выскочила и побежала на улицу. Что это? Это бросание животного? Это самовыгул?

«У вас собака убежала, с поводка сорвалась и побежала. А наши ответственные граждане написали на вас заявление. Вас должны оштрафовать. На 20 тысяч».

Депутаты, наверное, думают, что от этого рождаемость будет снижаться. Но вопрос в том, что у нас животные не спрашивают, сколько им рожать щенят, у депутатов. Они рожают столько, сколько рожают. Либо они думают, что хозяева будут убивать щенят, усыплять их. То есть они берут и, по сути, порождают убийство, просто в другом месте. Поэтому в данном случае мы не совсем понимаем, зачем эти штрафы, что они дают нам в конечном итоге.

Ранее в разговоре с ОСН экозащитник Элмурод Расулмухамедов рассказал, что регионы будут делать с бродячими собаками после новых поправок.