День ликвидатора: Кто пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти наши

Сегодня, 14 декабря, отмечается день чествования участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Несмотря на страшную цену, которую пришлось заплатить за безопасное будущее, сами ликвидаторы считают этот день праздничным. Об их заслугах и их отражении в наших жизнях рассказывает Общественная служба новостей.

День ликвидатора

Я стою у казанского памятника ликвидаторам катастрофы на Чернобыльской АЭС. На мемориальной доске ровными столбцами выстраиваются фамилии участников ликвидации. Среди них — мой родной дядя, скончавшийся от рака спустя 20 лет после аварии. Одна строчка среди тысячи других. По самым скромным оценкам, всего в ликвидации катастрофы приняли участие около 650 тыс. человек со всего СССР.

26 апреля 1986 года в Советском Союзе на Чернобыльской атомной электростанции расположенной на территории Украинской ССР произошла самая крупная в истории человечества техногенная катастрофа — Чернобыльская авария. Благодаря самоотверженности ликвидаторов последствий катастрофы, многие из которых заплатили за это жизнями и здоровьем, авария была локализована.

30 ноября 1986 года было закончено строительство саркофага над разрушенным энергоблоком, а спустя две недели, 14 декабря, главная газета КПСС «Правда» и другие центральные издания СССР опубликовали Извещение ЦК КПСС и Совета министров о том, что государственной комиссией был принят в эксплуатацию комплекс защитных сооружений четвёртого энергоблока ЧАЭС. Именно дата публикации этого сообщения, по прочтении которого страна смогла вздохнуть спокойно, и стала «Днём чествования участников ликвидации последствий аварии на ЧАЭС».

Мой дядя рассказывал о буднях ликвидатора не много. Почти сорокалетнего, уволенного в запас, его призвали осенью 1987 года, когда основные работы были завершены, но еще тысячи людей продолжали зачищать зараженную территорию вокруг. Его приставили водителем к кухне, а по окончании работ он вернулся к семье и все решили, что обошлось. Что не обошлось, узнали почти пятнадцать лет спустя. Еще через пять его не стало.

Выжившие

Один из непосредственных участников ликвидации последствий аварии Владимир Усатенко был старшиной роты, которая участвовала в работах на четвертом энергоблоке. По его словам, сама организация изначально была низкого уровня. «Призывали туда нас, солдат, как резервистов, и никому не была интересна моя специальность — энергетика. Нужно было носить в полиэтиленовых мешках воду и цементный раствор. Так, мы провели там 42 дня».

Говоря о ликвидации, Усатенко расписывает порядок работ: «У нас были дозиметры индивидуальные. Заряжали их до определенной степени, но при том излучении, они быстро разряжались. Сразу после завершения работы мы проверяли дозиметры – хотели хотя бы примерно узнать какую дозу мы получили. После возвращались на второй АБК, мылись и после проверки на сканерах, переодевались в свою одежду. Предел дозы должен был не превышать 25 рентген. Но могло быть и больше. Нам об этом не говорили».

Превышения ликвидаторы чувствовали на себе. «По ощущениям, например, бета-излучение — это как-будто что-то щелкает в глазах. А гамма-излучение — могли быть рвотные позывы, сильная слабость, а также оно вызывает проблемы с обменом веществ. Мы не знали, но могли только чувствовать, что перебрали дозу очень сильно».

По его словам, только другие ликвидаторы передавали достоверную информацию об опасных зонах и о том, какие могут быть проблемы. И именно в такой «солдатской раде» было намного больше информации, чем у руководителей.

Первые 

«Мы недавно поженились. Еще ходили по улице и держались за руки, даже если в магазин шли… Я говорила ему: «Я тебя люблю». Но я еще не знала, как я его любила… Не представляла… Жили мы в общежитии пожарной части, где он служил. На втором этаже. И там еще три молодые семьи, на всех одна кухня. А внизу, на первом этаже стояли машины. Красные пожарные машины. Это была его служба. Всегда я в курсе: где он, что с ним? Среди ночи слышу какой-то шум. Выглянула в окно. Он увидел меня: «Закрой форточки и ложись спать. На станции пожар. Я скоро буду».

С этих строк начинается книга «Чернобыльские молитвы» нобелевского лауреата Светланы Алексиевич. История Василия Игнатенко, пожарного Чернобыльской станции, была записана со слов его жены Людмилы и стала центральной в книге, а также нашла отражение в мини-сериале «Чернобыль», вышедшем в 2019 году и наделавшем немало шума.

Первыми в ликвидации последствий аварии приняли участие сотрудники станции. Впоследствии у 134 сотрудников ЧАЭС и членов спасательных команд, находившихся на станции во время взрыва, развилась лучевая болезнь, в течение нескольких месяцев 28 из них умерли.

Пожарный Игнатенко принимал непосредственное участие в тушении пожара на АЭС в ночь с 25 на 26 апреля 1986 года и получил большую дозу облучения. На следующий день был эвакуирован в Москву для лечения, но проведенная операция по пересадке костного мозга результатов не дала и он умер 13 мая 1986 года.

Его жена Людмила, будучи беременной, не отходила от умирающего мужа в больнице. Она также получила дозу облучения и впоследствии потеряла ребенка. Объясняя решение поделиться своей историей, Людмила сказала, что это нужно было рассказать ради будущего поколения: «Мы не должны молчать о том, что произошло в 1986 году. И слава Богу, что мы научились не молчать, и это умеют и наши дети».